Высадка на мыс

Подъем все продолжается, ноги скользят по камням, поросшим мхом; острые осколки загромождают тропу.
Взобравшись, наконец, наверх, мы увидели перед собой огромное каменистое нагорье, почти совершенно плоское. Его пересекали быстрые ручьи, во всех направлениях виднелись озера, на которых плавали белые, причудливых форм льдины. В западинах между невысокими холмистыми грядами белел снег.
Несколько километров мы шли по этой каменистой пустыне. Лишь кое-где серый камень оживлялся пятнами травы и низким, прижатым к земле кустарником.
Наконец мы достигли северного предела Европы — северной оконечности Магерё, маленькой площадки на вершине крутосклонного Нордкапа. Волны бьются и пенятся у его подножия; страшно и жутко заглянуть с края обрыва вниз, в бездну… Впереди, на севере, на востоке и на западе, расстилается безбрежный Северный Ледовитый океан. С высоты он кажется гладкой темно-синей скатертью; только нагнувшись вниз, можно увидеть длинные гребни волн. Они рядами бегут к скалам и разбиваются белой пеной.
Глухой шум, доносящийся до нас, говорит о том, что океан волнуется.
Суровое величие океана и этой последней каменной твердыни Европы производит глубокое впечатление. Когда ни увидишь Нордкап — в ясный ли летний день или в холодную зимнюю ненастную ночь, все равно никогда не забудешь этого посещения.